Подборка книг по тегу: "становление героини"
- Оль…, Оля, я даже не знаю, как тебе сказать, - наконец-то через две недели неадекватного поведения Борис сам начал разговор.
- Ну уж говори, как есть, не первый год вместе живём, уж пойму.
Сидит за столом, голову вниз опустил, в глаза не смотрит, да что там случилось-то…
- Я влюбился, Ольк, как пацан влюбился и теперь не знаю, как с вами двумя быть… и от тебя уходить не хочу, и без неё не могу!
Ничего себе признание… руки о фартук вытерла и, ничего не говоря, ушла в спальню.
…Тридцать лет вместе, трое взрослых детей, трое внуков, а он в другую влюбился?
И ещё теперь, между нами, выбрать не может?
Ну так я помогу тебе выбор сделать, дорогой!
Откуда только силы взялись, скидала его вещи в большую сумку и вынесла в коридор.
- Оль, ты чего? Да подожди, я ведь ещё не решил ничего, - спокойно лежит на диване телевизор смотрит. – Может ещё всё обойдётся!
- Да нет, дорогой, не обойдётся! Вот твои вещи, свободен на все четыре стороны!
- Ну уж говори, как есть, не первый год вместе живём, уж пойму.
Сидит за столом, голову вниз опустил, в глаза не смотрит, да что там случилось-то…
- Я влюбился, Ольк, как пацан влюбился и теперь не знаю, как с вами двумя быть… и от тебя уходить не хочу, и без неё не могу!
Ничего себе признание… руки о фартук вытерла и, ничего не говоря, ушла в спальню.
…Тридцать лет вместе, трое взрослых детей, трое внуков, а он в другую влюбился?
И ещё теперь, между нами, выбрать не может?
Ну так я помогу тебе выбор сделать, дорогой!
Откуда только силы взялись, скидала его вещи в большую сумку и вынесла в коридор.
- Оль, ты чего? Да подожди, я ведь ещё не решил ничего, - спокойно лежит на диване телевизор смотрит. – Может ещё всё обойдётся!
- Да нет, дорогой, не обойдётся! Вот твои вещи, свободен на все четыре стороны!
Он откладывает вилку. Я поднимаю голову. Сердце колотится — я не знаю почему. Может, сейчас он скажет что-то важное. Может, объяснит, зачем всё это было. Самолёт, отель, одежда, форум, ужины…
— Полина.
Я замираю.
— Я не из тех, кто ходит вокруг да около. Скажу прямо.
Внутри всё обрывается.
— Мне нужна женщина на время, пока я работаю в Екатеринбурге. Не любовница в привычном смысле. Не проститутка. Спутница.
Слова падают тяжёлые, как камни. Я не сразу понимаю.
— Которая будет рядом на мероприятиях, в командировках, в постели. Которая не задаёт лишних вопросов. Которая понимает правила.
Постели. Он сказал «в постели».
Я хочу встать и уйти. Но ноги не слушаются.
— Я предлагаю тебе сделку. Контракт на один год. Пока меня не отзовут в Москву.
— Полина.
Я замираю.
— Я не из тех, кто ходит вокруг да около. Скажу прямо.
Внутри всё обрывается.
— Мне нужна женщина на время, пока я работаю в Екатеринбурге. Не любовница в привычном смысле. Не проститутка. Спутница.
Слова падают тяжёлые, как камни. Я не сразу понимаю.
— Которая будет рядом на мероприятиях, в командировках, в постели. Которая не задаёт лишних вопросов. Которая понимает правила.
Постели. Он сказал «в постели».
Я хочу встать и уйти. Но ноги не слушаются.
— Я предлагаю тебе сделку. Контракт на один год. Пока меня не отзовут в Москву.
— У нас будет ребёнок, тёть Кать! — проговаривает племянница с восторгом, — и Александр Владимирович никуда от нас теперь не денется!
— От кого, от нас? — спрашиваю скованно.
Плохое предчувствие не покидает меня.
— От вас, меня и нашего с Сашей малышарика! Он вас так ценит за все эти многолетние скитания по гарнизонам, что не может отпустить.
В моей голове гул. Из её смешливого голоса, вчерашних слов любимого мужа, которые я слышу как сейчас, и собственного немого крика…
Мой генерал. Он не мог. Не мог…
— Ты беременна от моего мужа, Соф?
— Конечно, от вашего своего-то у меня нет…
🦋🦋🦋🦋
20 лет бесплодия. Единственное, чего хочу — развод. Но вместо этого…
— Прошу тебя… Пусть пока Софья поживёт здесь, под твоим присмотром. Вернусь, поговорим. Если вернусь…
— От кого, от нас? — спрашиваю скованно.
Плохое предчувствие не покидает меня.
— От вас, меня и нашего с Сашей малышарика! Он вас так ценит за все эти многолетние скитания по гарнизонам, что не может отпустить.
В моей голове гул. Из её смешливого голоса, вчерашних слов любимого мужа, которые я слышу как сейчас, и собственного немого крика…
Мой генерал. Он не мог. Не мог…
— Ты беременна от моего мужа, Соф?
— Конечно, от вашего своего-то у меня нет…
🦋🦋🦋🦋
20 лет бесплодия. Единственное, чего хочу — развод. Но вместо этого…
— Прошу тебя… Пусть пока Софья поживёт здесь, под твоим присмотром. Вернусь, поговорим. Если вернусь…
Мой новый начальник — Артур Орлов. Молодой, богатый, красивый и абсолютно невыносимый.
Он не даёт мне прохода. Провоцирует, выводит из себя, нарушает все мыслимые границы и смотрит так, будто уже решил, что я принадлежу ему.
Каждый день рядом с ним превращается в пытку. Потому что моё тело предательски реагирует на мужчину, которого я должна ненавидеть.
А я не имею права потерять ни голову, ни работу.
Он не даёт мне прохода. Провоцирует, выводит из себя, нарушает все мыслимые границы и смотрит так, будто уже решил, что я принадлежу ему.
Каждый день рядом с ним превращается в пытку. Потому что моё тело предательски реагирует на мужчину, которого я должна ненавидеть.
А я не имею права потерять ни голову, ни работу.
— Привет, — коварно улыбается девушка, ни с того ни с сего оказавшаяся на пороге нашего с мужем дома.
— Здравствуйте… — лепечу.
— Пустишь? — спрашивает она и без проса проходит в дом.
— У меня муж скоро придёт… — отвечаю, глядя на свои руки, перепачканные в муке.
— Гаяр не придёт к тебе сегодня, — заявляет она, — положенные семь дней после свадьбы прошли. Не жди его в эту ночь.
— Что? — произношу ничего не понимая.
Но в сердце начинает грызть неведомый монстр с такими же как у неё ядовитыми зелёными глазами.
— Учись его делить, Малика. Ты вторая жена. Считай, что наложница. Всегда доступная личная шармута. И всегда будешь подчиняться. И ему, и мне. Гаяр сам мне сказал, что ты теперь моя служанка, если захочу, будешь и меня развлекать и ублажать. И только попробуй слово против вякни.
— Здравствуйте… — лепечу.
— Пустишь? — спрашивает она и без проса проходит в дом.
— У меня муж скоро придёт… — отвечаю, глядя на свои руки, перепачканные в муке.
— Гаяр не придёт к тебе сегодня, — заявляет она, — положенные семь дней после свадьбы прошли. Не жди его в эту ночь.
— Что? — произношу ничего не понимая.
Но в сердце начинает грызть неведомый монстр с такими же как у неё ядовитыми зелёными глазами.
— Учись его делить, Малика. Ты вторая жена. Считай, что наложница. Всегда доступная личная шармута. И всегда будешь подчиняться. И ему, и мне. Гаяр сам мне сказал, что ты теперь моя служанка, если захочу, будешь и меня развлекать и ублажать. И только попробуй слово против вякни.
— Чего ты вообще встала? Иди спать, не мешай мне общаться с коллегой, — рявкает муж.
— Я ухожу, делай что хочешь. Мне плевать. Сына ты больше не увидишь.
Лебедев встает с кровати и, слегка покачиваясь, идет ко мне. Глаза бешеные.
— Не надо мне угрожать, — хватает за горло. — Вали в свой мухосранск, если такая дура. Умная бы отвернулась. Я мужик, у меня есть потребности, — рычит он. — Ты же, как баба никакая. Разжирела, за собой не следишь. За киндера своего трясешься. Курица тупая. Слышала выражение: от нормальных баб не гуляют? Это про тебя… Ничего в жизни не можешь, только полы мыть.
Шок. Я не хочу верить в то, что слышу.
Я застала его с другой. Он должен стоять на коленях, оправдываться, умолять о прощении. Но Лебедев втаптывает меня в грязь.
Дверь в прошлую жизнь захлопнулась.
Без денег, собственного жилья, работы и с ребенком на руках.
Я уже списала себя со счетов, но именно в этот момент и открылось второе дыхание.
— Я ухожу, делай что хочешь. Мне плевать. Сына ты больше не увидишь.
Лебедев встает с кровати и, слегка покачиваясь, идет ко мне. Глаза бешеные.
— Не надо мне угрожать, — хватает за горло. — Вали в свой мухосранск, если такая дура. Умная бы отвернулась. Я мужик, у меня есть потребности, — рычит он. — Ты же, как баба никакая. Разжирела, за собой не следишь. За киндера своего трясешься. Курица тупая. Слышала выражение: от нормальных баб не гуляют? Это про тебя… Ничего в жизни не можешь, только полы мыть.
Шок. Я не хочу верить в то, что слышу.
Я застала его с другой. Он должен стоять на коленях, оправдываться, умолять о прощении. Но Лебедев втаптывает меня в грязь.
Дверь в прошлую жизнь захлопнулась.
Без денег, собственного жилья, работы и с ребенком на руках.
Я уже списала себя со счетов, но именно в этот момент и открылось второе дыхание.
– Вас же завтра выписывают? Давай тогда, пока, – раздраженно произносит муж.
– Пока…
Он завершает разговор со мной, но его голос продолжает звучать в динамике:
– Задолбала фоточки слать. Весь телефон мне забила ими! Иди ко мне, Кира… Завтра ее выписывают из роддома, и кончится наша сладкая жизнь.
Кира? Это ведь его новая секретарша, да? Рыжая дылда с высокомерным взглядом. Я всего дважды ее видела…
– А разве ты не хотел ребенка? Твоя жена на каждом шагу распиналась, что вы десять лет не могли… Ай, платье порвешь, сумасшедший.
– Я не хотел, Кир. Водитель отвезет их после выписки к родственникам в деревню. Пусть там нянчится…
После десяти лет брака муж привел в дом молодую любовницу, а нас с сынишкой вышвырнул на февральский мороз без гроша в кармане…
Уезжаю в родной поселок, обещая, что отомщу ПРЕДАТЕЛЮ!
И помогает мне в этом…
– Пока…
Он завершает разговор со мной, но его голос продолжает звучать в динамике:
– Задолбала фоточки слать. Весь телефон мне забила ими! Иди ко мне, Кира… Завтра ее выписывают из роддома, и кончится наша сладкая жизнь.
Кира? Это ведь его новая секретарша, да? Рыжая дылда с высокомерным взглядом. Я всего дважды ее видела…
– А разве ты не хотел ребенка? Твоя жена на каждом шагу распиналась, что вы десять лет не могли… Ай, платье порвешь, сумасшедший.
– Я не хотел, Кир. Водитель отвезет их после выписки к родственникам в деревню. Пусть там нянчится…
После десяти лет брака муж привел в дом молодую любовницу, а нас с сынишкой вышвырнул на февральский мороз без гроша в кармане…
Уезжаю в родной поселок, обещая, что отомщу ПРЕДАТЕЛЮ!
И помогает мне в этом…
Воронцов здесь? На судне?
Нужно хватать Полинку и сходить на берег в ближайшем порту…, я их встречи не хочу!!!
Но потом понимаю, сойти на берег не получится…
Я капитан «Белой Жемчужины», это мой первый самостоятельный рейс, и я не собираюсь из-за бывшего портить свою карьеру!
Да ему, кажется, будет и не до нас… вон какая белокурая цыпа у него на руке повисла…
Нужно хватать Полинку и сходить на берег в ближайшем порту…, я их встречи не хочу!!!
Но потом понимаю, сойти на берег не получится…
Я капитан «Белой Жемчужины», это мой первый самостоятельный рейс, и я не собираюсь из-за бывшего портить свою карьеру!
Да ему, кажется, будет и не до нас… вон какая белокурая цыпа у него на руке повисла…
После предательства и собственной смерти Каролина очнулась в прошлом – за десять лет до трагического финала. Ей снова восемнадцать, впереди – жизнь, которую у неё однажды отняли, и враги, которых она слишком поздно научилась распознавать.
Чтобы изменить судьбу, ей нужен союзник – человек достаточно влиятельный, чтобы защитить её, и достаточно опасный, чтобы его боялись её враги.
И мужчину лучше, чем эрцгерцог севера, на эту роль не найти, ведь в прошлом, он активно добивался брака с ней! Что ж, в этот раз Каро согласится стать его женой. Временно, конечно! Или… все-таки нет?
Чтобы изменить судьбу, ей нужен союзник – человек достаточно влиятельный, чтобы защитить её, и достаточно опасный, чтобы его боялись её враги.
И мужчину лучше, чем эрцгерцог севера, на эту роль не найти, ведь в прошлом, он активно добивался брака с ней! Что ж, в этот раз Каро согласится стать его женой. Временно, конечно! Или… все-таки нет?
Выберите полку для книги